Никогда он не видел ничего подобного. А ведь он, Уилфрид Войнич, антиквар и букинист, перевидал на своем веку немало древних рукописей, свитков и фолиантов. Все двести тридцать пять страниц книги, лежавшей перед ним, были заполнены написанным от руки текстом и неряшливыми рисунками, астрологических диаграмм, неизвестных растений и обнаженных женщин. Одних иллюстраций оказалось бы достаточно, чтобы удивить опытного библиофила. Но они не шли ни в какое сравнение с текстом. Книга явно была зашифрована или написана на неизвестном языке...
Текст опредёленно написан слева направо, со слегка «рваным» правым полем. Длинные секции разделены на параграфы, иногда с отметкой начала абзаца на левом поле. В рукописи нет обычной пунктуации. Почерк устойчив и чёток, как если бы алфавит был привычен писцу, и тот понимал, что́ пишет.
В книге более 170 000 знаков, обычно отделённых друг от друга узкими пробелами. Большинство знаков написаны одним или двумя простыми движениями пера. Алфавитом из 20—30 букв рукописи можно написать весь текст. Исключение составляют несколько десятков особенных знаков, каждый из которых появляется в книге 1-2 раза.
Более широкие пробелы делят текст на примерно 35 тысяч «слов» различной длины. Похоже, что они подчиняются некоторым фонетическим или орфографическим правилам. Некоторые знаки должны появиться в каждом слове (как гласные в английском), некоторые знаки никогда не следуют за другими, некоторые могут удваиваться в слове (как два н в слове длинный), некоторые нет.
