Героями четвертого сезона реалити–шоу «Битва экстрасенсов» на телеканале СТБ стали дети. Но съемочная площадка совсем не похожа на детскую. Бои идут нешуточные, правила жесткие. Близится развязка: 7 июня выходит финальная передача — и начнется зрительское голосование за лучшего экстрасенса. Трудно ли работать с детьми? Чем они отличаются от взрослых участников? Об этом корреспонденту «Известий в Украине» Ларисе Балицкой рассказал ведущий проекта «Битва экстрасенсов. Дети-ясновидящие» Павел Костицын.
Как это вы рискнули пригласить в шоу детей? Подобного опыта ведь еще не было?
Абсолютно точно. Хотя сам проект английский (выходит в Англии, России, Нидерландах и США), нигде ничего подобного еще не делали. Это был риск, потому что телезрители привыкли видеть на экранах взрослых, и мы боялись, что детей не воспримут всерьез.
Но дети-индиго — факт доказанный. К тому же, с каждым годом их рождается все больше. Прежде чем пойти на этот шаг, мы достаточно серьезно изучали это явление, привлекая психологов и ученых. И только потом начали проводить кастинги.
Желающих было много?
Не очень. Как правило, детей приводили родители, считающие своих чад вундеркиндами. Но из всех претендентов отобрать удалось только 7 человек.
Сложно работать с детьми?
Я сам вырос на сцене детского театра. Моя карьера началась в театре «Золотой ключик» в Евпатории. Я хорошо помню себя ребенком, и детское творчество мне знакомо. У нас снимаются дети 12—16 лет, все очень амбициозные, самоуверенные. Я это проходил на своей шкуре в том возрасте. Так что я их хорошо понимаю. И меня дети любят. Не знаю, что они во мне находят, но что-то их подкупает. Они легко идут со мной на контакт. Хотя не могу сказать, что мне с ними легко. Видимо, я не очень хороший педагог: если с третьего раза меня не понимают, я начинаю психовать.
